Ежедневные горячие новости

Светлана Лобода: «В детстве я была шальным мальчиком»

 

— Светлана, сейчас вы — популярная певица. А какой были в детстве? Могли себе представить, что так сложится жизнь?
— В детстве я была шальным ребенком. Мама каждый день молилась, чтобы дочь быстрее повзрослела, потому что я была мальчишкой: лазила по деревьям, по заборам, играла в «казаки-разбойники». А это — вечно поломанные пальцы, выдранные клоки волос… Мне никогда не было интересно то, во что играли девочки. Терпеть не могла куклу Барби, всякие там переодевания, дочки-матери и прочее. Все это мне казалось неинтересным, глупым. Мне больше нравились скакалки, мячи, водные пистолетики, машинки…
— Может, девочки вас просто не принимали в свой круг?
— Нет. Просто я четко демонстрировала, что я массовик-затейник, девчачье мне неинтересно, поэтому девочки ко мне не подходили. В принципе, эти привычки сохранились: сейчас у меня очень много друзей мужчин. И я верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Конечно, она на определенных этапах может принимать разные формы, но в целом такая дружба возможна (улыбается).
— Вы были в «ВИА Гре» всего три месяца, но успели заявить о себе. Помните тот момент, когда вы узнали, что стали новой участницей группы?
— Был кастинг — около 500 претенденток! В первый же день отбора меня выбрали и предложили контракт. Но я искала продюсера для себя как артиста сольного, и сразу сказала об этом Косте Меладзе. У меня даже было предложение от другого продюсера. Меладзе спросил тогда: «А как зовут этого продюсера?» Я говорю, что Александр Серый. А он мне: «Светлана, серый — не ваш цвет». И покорил меня только этой фразой!
— Если Меладзе был к вам благосклонен с первого же дня знакомства, почему же карьера в «ВИА Гре» так быстро завершилась?
— Расстались с группой очень безболезненно, без скандалов или выяснений отношений. Просто это не моя история.
— Что больше всего запомнилось за время работы в коллективе?
— Мне очень повезло, что я попала в группу не в период корпоративов, а во время гастролей по Азии. Коллектив тогда сотрудничал с одной звукозаписывающей фирмой, которая думала, что группу нужно продавать в азиатских странах. За месяц мы повидали тринадцать стран — это было что-то невероятное! Азия была полна экспериментов. Это и жареные тараканы, и всякие жучки-паучки, кровь змеи.
— А как вам теперешний состав «ВИА Гры»?
— На мой взгляд, вообще не имеет значения, кто поет в коллективе. Важен только Костя Меладзе.
— Что вы купили на первые заработки в шоубизе?
— Первые деньги я заработала гораздо раньше. Сразу после школы пела в джазовом коллективе в клубах — получала по $30 за выступление. Когда подкопила немного — купила маме стиральную машинку. Такое счастье было! Мы ведь жили очень просто и мало что могли себе позволить. Когда еще училась в школе, ходила с мамой на рынок и помогала ей торговать. Мы продавали турецкие вещи и яркие полотенца. На этих полотенцах были леди в купальниках, я их разворачивала и подмигивала проходящим мимо людям, чтобы они покупали (смеется). У нас с мамой был уговор: если хорошо сторговали за день, можем позволить себе лакомство — один хот-дог на двоих. А если нет, то ужинаем по-обычному дома. Время было сложное, но сейчас ценнее те деньги, которые ты зарабатываешь.
— Что вам принесло участие в «Евровидении»?
— После конкурса мы полгода колесили по Европе, и нас везде узнавали. Говорили: «О, это ведь та девушка, которая пела на «Евровидении» и классно играет на барабанах!» Безусловно, это очень важный этап моей жизни. Но если бы я участвовала в «Евровидении» сейчас, то сделала бы все по-другому. Отказалась бы от колес, всего этого зрелища, а сделала бы акцент на вокале. Ведь и тогда мне многие знакомые говорили: «Света, такое насыщенное шоу отвлекает внимание от артиста, от песни». Мне тогда казалось по-другому, а сейчас для меня главное — качественный звук, музыканты-профессионалы и хороший свет. Важна живая составляющая.
— И часто оглядываетесь назад и меняете свои взгляды?
— Я из разряда тех людей, которые никогда ни о чем не жалеют. Если бы у меня был шанс начать свою карьеру с нуля, я бы сделала все по-другому. Не делала бы акцент на сексапильности и не начинала бы с песен шутливого характера. Изначально мне был ближе совершенно другой стиль. Продюсеры говорили: «Легче продавать прикольную музыку, попсовую. Но нам нужна сексапильность и провокация, а ты все это умеешь и можешь». Что поделать — это часть моего пути, я все равно ему благодарна. Мне тогда безумно хотелось петь баллады. Команда отговаривала меня, говорила, что на раскачку уйдет очень много времени. Я их послушалась и пять лет пела всевозможные «Мишка — гадкий мальчишка». Но после «Евровидения» я поняла, что нужно что-то менять, и начался более серьезный этап моей жизни: «Революция», «Под лед», «Город под запретом». Особенно последняя…
— То есть вы предчувствовали события на Майдане?
— Нет, не предчувствовала. Просто у меня очень сильно развита интуиция, я всегда ощущаю, что происходит. Так было и год назад — ощущение, что атмосфера меняется: люди стали более агрессивными, более уставшими… Мама говорила, что я себя накручиваю, но именно на этой почве родилась песня «Город под запретом».
— Вы живете в очень быстром темпе. Времени на семью и дочь Еву хватает?
— Мне очень хочется, чтобы время, которое я могла бы провести с ребенком, не было потрачено зря. Чтобы спустя годы Евочка не жалела, что меня не было рядом с ней дома, а гордилась мной. Она очень интересный ребенок, музыкальный. Сочиняет песни, играет на гитаре… Приезжаю недавно с гастролей, а она мне говорит: «Я сочинила тебе песню. Называется: «Вернись домой» (улыбается). У нее есть небольшие барабаны, она любит усаживать нас — меня, няню, Андрея — и начинает концерт. Любит быть в центре внимания.
— Поете ей колыбельные?
— Колыбельные Ева не любит. Она сразу же говорит: «Мама, не пой». Я говорю, что маме за это деньги платят, а она — нет, не надо. Когда кто-то поет по телевизору — сразу же выключает. И мои клипы, когда видит, тоже.
— После того, как вы расстались с Андреем Царем, Ева не спрашивает, где папа?
— Она просто этого не ощущает — маленькая еще. Да и Андрей видится с ней каждый день, гуляет, играет. За последний месяц, что я в разъездах, он видит ее чаще, чем я. Он очень заботливый отец.
— Почему же не сложилось с Андреем?
— Это жизнь. На определенном этапе люди сходятся, а после — как Бог дает. Мы сразу определились: не выносим сор из избы, все решаем в семье. Пытались долгое время сглаживать конфликты, но не удалось.
— Сейчас ваше сердце уже занято?
— Я не из тех, кто пересаживается из вагона в вагон, из поезда в поезд. Сейчас мне нравится принадлежать только себе, дочери и работе. Не хочу никаких дополнительных эмоций.
— А какие самые необычные знаки внимания проявляли к вам мужчины?
— У нас в этом году был тур по Украине, который стартовал в Донецке. Было очень холодно, март месяц. Подъезжаю я ко Дворцу культуры, где должна была выступать. Вижу — стоит голый парень и прикрывается плакатом: «Света, я вас люблю». Я к нему подхожу, говорю: ты зачем это делаешь? А он мне: хотел, чтобы вы меня запомнили. Я уж точно запомню! Он, бедняга, околел, зуб на зуб не попадал!
— И напоследок: как вы встретите Новый год?
— С киевлянами! В этом году мы решили организовать большой праздник — в новогоднюю ночь дадим большой сольный концерт в STEREOPLAZA. Сутками к нему готовимся, пишем песни, делаем новое шоу. Так, кому-то из гостей выпадет шанс спеть со мной караоке на сцене. Обязательно будут шампанское, оливье, мыльная пена, фейерверки и много хорошей музыки!

Источник: www.segodnya.ua